Я решил взяться за это дело, потому что человеческая цена политики убежища больше не абстрактна — она измеряется разрушенными жизнями американских семей.
Я решил взяться за это дело, потому что человеческая цена политики убежища больше не абстрактна — она измеряется разрушенными жизнями американских семей.